Главная
Легенды Крыма
 

Город славы народной

Если бы горы могли рассказывать, если бы скалы могли говорить, то севастопольские камни кричали бы. Кричали о горе, о радостях, о славе, о несчастьях, о женских ласковых словах, о командирах морских... Чего только не поведали бы нам камни севастопольские! Многое. Земли здесь богатые и очень много солнца. И бескрайнее синее море. Почему только его люди Черным называют? А бухты, как ножом порезанные, в скалах все. Как они хороши! У одной из них приютилась маленькая, крохотная приморская деревушка Ахтиар. Несколько домиков и очень много тишины.

И только гением народа русского, мудростью великого полководца Суворова здесь поднялся город русской славы. Город золотых рук матросов-корабельщиков, город строгих линий, белых домов, как будто весь сшитый из сурового полотна, из паруса чистого, город, в котором строился молодой Черноморский флот.

На одном из холмов построили павильон. Приехали гости высокие — Екатерина II, Потемкин, австрийский император, французский, английский послы. Тогда-то перед изумленным взором гостей по синей глади Северной бухты, чуть-чуть накренясь, проплыли русские корабли, гордость русской земли. И росла слава этого города, и увеличивалось количество кораблей. И вызывал страх этот город у врагов. И нежность была к этому городу у матросов, построивших его, любящих его простых русских людей.

Но пришла беда. Прикатилось страшное слово — война. Город весь собрался, подтянулся, как будто готовясь к какому-то гигантскому прыжку.

Враги окружили город с суши и с моря, пытались его взять. Вот тогда-то заговорили морские души, вот тогда-то поняли люди, как дорог им этот белокаменный город, где много солнца, где много своего родного, город, который построен таким нечеловеческим трудом, где каждая пядь земли — героизм.

За страшным словом «война» пришло другое страшное слово — приказ оставить корабли. Матросам сойти на берег, а корабли затопить, преградить противнику путь в бухту, задержать его.

Легко сказать — сойти матросу с корабля. Но страшно слышать моряку такие слова. Для него вся земля на корабле. А еще страшнее потопить корабли. Это — то, чему радовались, чем гордились — отдать воде? Страшно, очень страшно. Но это надо было сделать. И это сделали русские матросы.

Не спрашивайте, что они говорили, о чем думали. Они дрались на суше за море. Они дрались на суше за корабли, за гордость российскую, за честь матросскую, дрались и погибали.

Всем кажется, что мачты спасли, задержали врага, его огромные паровые корабли. А говорят, что не так это было. Так сильна была любовь матроса к своему детищу, так полно было его сердце нежностью к сработанным им кораблям, что не выдержало матросское сердце даже после смерти.

Камни говорили, что после боя странно было видеть: солдат, так тот лежал на земле, как будто прощаясь с нею, грудью, лицом прижимается к ней, а матросов нет. Люди не верят, говорят — неправда. А это было так. По ночам мертвые матросы уходили в воду. Уходили и грудью становились там под водой у своих кораблей. Через такую стенку никакой вражеский корабль не пройдет. Вот это была стена! Вот это была сила! Мертвые матросы крепко, по-братски держались за руки и не пустили врага... Так было под водой синей бухты Северной.

Многое может рассказать море севастопольское, многое может рассказать камень севастопольский, только надо уметь слушать.

Не безликой была земля эта. По ней ходил ловкий сильный матрос, Кошкой звали. И вправду он был, как кошка. Когда сняли его с корабля — растерялся было парень. Как на море защищать землю, он знал, как море на земле защищать — этому его никто не учил. А это трудная задача — с земли море защищать. На кораблях — просто, а вот как с камней? Потом научился. Старый солдат, который на протяжении двадцати пяти лет во всех войнах участвовал, умел землю защищать, он Кошке рассказал, как ночью по звездам ползти, как скрываться за родными камнями. Говорил солдат:

— Ты не бойся, матрос, ты себя камням отдай, они умные, они тебя от пули спрячут. Они тебя так прикроют, что никакой враг не заметит.

И полез тогда матрос мягко, неслышно. Уходил, уползал Кошка в глубь вражеских траншей. Опять беда — все бы рассказал Кошка, что слышал, а что рассказать — язык чужой, непонятный. Только и умел рассказать о том, что глазами видел. А у Кошки глаза зоркие. Без страха ползал Кошка. Не одного рядового, не одного офицера живьем захватил, к своим приволок...

И, как люди говорят, все-таки поймали враги матроса. Поймали и повели. Чего-то бормотали, о чем-то расспрашивали, тыкали пальцами в грудь могучую, показывали на город, который пылал совсем рядом, почему-то волновались. Улыбаясь, без всякого смущения стоял Кошка и молчал. Улыбка его была такой подкупающей и в то же время такой мудрой, что даже враг понял — стыдно матроса спрашивать, стыдно, ничего не скажет. Даже враг с восхищением смотрел на матроса. И когда офицер отдал приказ стрелять, то матрос Кошка, не зная языка, понял — смерть. Снова улыбнулся и показал на берег. А берег был крутой, а внизу шумело море. Оно как будто учило Кошку, как надо говорить, что надо делать. И море не волновалось, оно ласковым было в этот час. Слушал его Кошка и все понимал. Он еще и еще раз настойчиво показал на самый край берега. Он говорил: «Братки, нельзя меня стрелять здесь, матрос должен в воде погибнуть. Слушай, камрад, я — матрос, ставь меня на край, умереть не дай без чести мне, ты — солдат, не делай бесчестья матросу».

Никто не скажет, как поняли матроса Кошку. Отдал снова команду офицер. Матроса поставили над самым краем берега. Уважил враг смелого матроса. Многие сняли кепи, многие отвернулись. Команда — огонь, и матрос исчез. Никто не посмел подойти к берегу, посмотреть, как скатился вниз герой. А что случилось? Море заволновалось, зашумело. К берегу волны все ближе, все выше — пока шел разговор Кошки. Затем они приняли матроса, понесли, бережно с волны на волну перекладывая, покачивая, обмывая соленой водой, словно ласковые руки матери — назад к своим понесли. И море снова утихло, вынесло матроса Кошку на берет, положило и отхлынуло, замерло. Теперь море свою работу сделало и отступило, чтобы людям не страшно было подойти. Потянулись друзья, дружки подхватили, понесли. Зашили, перевязали. И ожил опять матрос, на бастион снова пошел.

бухта Северная

Многое знает русская земля о матросе Кошке. Камни сказали свое — умей слушать, на то уши есть, но ушей мало — душа надобна. Вот как получилось с матросом Кошкой.

А еще вот все говорят — Даша Севастопольская. Какая же она? Проста, а что умная — факт, умная. Приехали из Петербурга ученые женщины, именуемые сестрами милосердия, оказывать помощь на сожженной земле. Ничего не скажешь, ученые. А кто первый к матросу подходил, ласковое слово говорил, чтобы душа матроса перед смертью спокойна была? Даша. Кто этого не знает?

Красавица, говорят, была. Но откуда красоте быть у девушки? Сирота, всю жизнь проработала на богатых. Руки не бархатные, шершавые, с заусеницами. Может, скажут, поступь легкая. Нет, ходила по земле твердо, А почему? Попробуй взять на плечи два ведра с водой, пойти на гору под ядрами да злыми пулями. На земле надо твердо стоять. Не лицом — душой красива была наша Дашенька. Ласковая она была, своя, родная. Каждый кустик помнит, какая у Даши душа. Кто научил ее быть такой? Сердце научило.

И еще сказывают камни севастопольские, что даже самые маленькие крошки, ребятки, а как работали ручонками, без страха, без нытья, без слез. В другой раз, бывало, мышонка боялись, под мамкину юбку прятались, а тут смерть ходила рядом. Говорят, ребята смерти не понимают. Неправда. Каждая живая душа смерть чует. А они смерти в лицо камешки бросали да не боялись, отбивались. А девочки маленькие за Дашей ходили вслед, голосом Даши говорили: браточек, попей водички. Да где уж ему пить, он ушел... А вот еще лежит один, стонет: Дашенька, помираю...

Вот что камни записали. Без них откуда бы знать это севастопольцам с Корабельной бухты.

А еще — видали вы Графскую пристань? Видали. Графская... Стыдобушка! Ее матросской бы назвать. Сколько по этим ступеням поползало раненых, сколько уходило моряков, матросов в воду, туда, в бухту затонувших кораблей. Матросская это пристань, а не графская. Видали люди, как графы на Северной стороне отсиживались. Спросили бы об этом у любой ступеньки пристани, она вам подтвердит.

Последнее, что говорят нам камни севастопольские.

Весь сгорел Севастополь в ту пору. И гореть-то нечему, а он все горит. Огнем отбивались, каждый камень горел, врага не пускал... Нашим уходить приказано. Как уйдешь с такой земли, с таких камней? Мост навели, качался он, море плакало. Оно жаловалось: матросы, что делаете, вернитесь, бейтесь! А приказ-то — отходить. А кто держал мост? Говорят — понтоны. Мост держали мертвые моряки, их крепкая дружба. Своих спасали, море уговаривали — постой, перестань бушевать, свои же уходят, дай уйти, не буйствуй, на той стороне тоже земля русская.

Эта сила богатырская, эта воля народная вскоре вернула Родине ее город славы на вечные времена.


Севастополь (Город славы) — основан в феврале 1784 г . Начало строительству военных укреплений на берегах севастопольских бухт положил А. В. Суворов.

Матрос Кошка, Даша Севастопольская — герои первой обороны Севастополя 1854 года.

Графская пристань — построена в 1846 году.

 

Легенда записана М. Кустовой. Печатается по изданию: «Легенды Крыма», Крымиздат, Симферополь, 1959.

 

 


Содержание

Легенды Крыма
 - Ифигения в Тавриде
 - Перекопский ров
 - Гикия - героиня Херсонеса
 - О Медведь-горе
 - Смерть Митридата
 - Как возникла Ялта
 - Девичья башня в Судаке
 - Прекрасная Феодора
 - О колыбели, спрятанной на горе Басман
 - Гурзуфские скалы-близнецы
 - Гора-кузнец
 - Тысячеголовая пещера на Чатыр-Даге
 - Тополь, гранат и кипарис
 - Кизил - шайтанова ягода
 - Могила Мамая
 - Дива, монах и кошка
 - Об источнике под Ай-Петри
 - Кара-Даг - Черная гора
 - Гора двух удодов - Опук
 - Каменные парусники
 - О семи колодезях
 - Длинная крепость
 - Почему Черное море бурливое
 - Джаныке из Кырк-ора
 - Гордая Айше
 - Камни Мать и Дочь
 - Так был основан Бахчисарай
 - Птица счастья с Соколиной скалы
 - Фонтан слез
 - Хан и его сын
 - Орлиный залет
 - Оксана
 - Об озерах целебных
 - Так кончился ханский род
 - Об удалом казаке и жадном турке
 - Русалка и фонтан Арзы
 - Письмена на камне близ Никиты
 - Золотой берег
 Город славы народной
 - Партизанская речка
 - Наши звезды
 - Тринадцать бессмертных
 - Серебристый лох